А еще «бабу Машу», «бабу Клаву F1» и «Семен Семеныча»…
Звучит интригующе и напоминает текст сводки криминальных новостей. А это, оказывается, названия семян огурцов! Вот так работают талантливые маркетологи-рекламоведы.

Чем он занимался — не очень помнит, но, говорит, скорее всего, чем-то не очень хорошим. Здесь присутствовали и наркотики, и азартные игры, да мало ли что еще. Сам, наверное, не помнит. Или не хочет помнить. Короче, в 27 лет его разбил первый инсульт.
Владикавказская мама и московская тетя подсуетились и сумели оформить ему пенсию. Немного оклемавшись, молодой пенсионер продолжал вести разгульный образ жизни. «Я же тунеядец, никогда нигде не работал», — говорит о себе Анри. Второй инсульт тряхнул в 49 лет. Да так сильно, что с него — о, чудо! — слетели все бесы! Он осознал, какое горе он причинил своим близким. Ведь сейчас мама с кучей болезней находится в интернате, тетя тоже не в лучшем состоянии. А сам Анри в «Ное».
Сначала было очень тяжело, потому что он с трудом говорит и плохо владеет левыми ногой и рукой. Но он так старается! Добросовестно выполняет все поручения, очень переживает, если что-то не получается. С весны ухаживал за грядками с огурцами — поливал, пропалывал. Радовался первым листочкам, первым цветочкам, ну и, конечно, самим огурчикам, которых в этом году невиданный урожай. Маленькие корнишончики появляются на грядках и сейчас — в начале сентября.
Но, кроме этого, он работает в доме — раздает материал для нарезки, выполняет мелкие поручения, есть у него и подопечная. Смеется: «Такая же ку-ку, как я сам». Ну это уж слишком самокритично.
Такая вот судьба. Такой вот Анри. Такая вот история про расставание с бесами и началом новой трудовой, осмысленной деятельности.
АНАСТАСИЯ КОШЕЛЕВА из «Дома трудолюбия «Ной» в д. Монасеино.

















